Saturday, March 18, 2017

Технология творчества в BIM

Источник

Обучая BIM в наше время

Кто же он – архитектор цифрового поколения, который разрешит назревший вопрос сосуществования технологий и человеческого творчества? Этот вопрос должна задавать себе архитектурная школа каждый день – ведь даже власть в своих посланиях заговорила о цифровой экономике, нейросетях и других горячих технологических темах[1].  Поэтому перед тем, как намечать портрет нового профессионала, обратимся к конкретным ситуациям в сфере образования.

В контексте ощутимых симптомов «оцифровки» жизнедеятельности социума (достаточно вспомнить веб-сервисы для вызова такси) проектная и строительная индустрии по-прежнему дрейфуют в предвкушении технологического чуда: генеративного моделирования, аддитивного производства, роботов, больших данных, Интернета вещей и др. Одновременно в нашу жизнь проник BIM (Building Information Modeling – технология информационного моделирования зданий и сооружений) с понятными целями и экономическими эффектами, но в сравнении с более успешными братьями из других сфер – без разрушительного прорыва и триумфального фейерверка. Впрочем, значимость BIM явно переоценена технологическими «проповедниками» и производителями ПО. Думаю, что эксперты согласятся со мной.
Но обучать BIM-технологиям мы должны, так как у индустрии и государства формируется отчетливый и аргументированный запрос на BIM-компетенции. Однако BIM – это скучно. Зарубежные архитектурные школы, как мне кажется, без особого вдохновения разрабатывают учебные программы и внедряют их в образовательный процесс[2], потому как информационное моделирование зданий – процесс не совсем творческий, трудоемкий и малопонятный при отсутствии опыта работы в профессии. Вспомните неугасающий интерес школ к формообразовательным темам: например, к «параметрике» или цифровому производству. Поэтому мы слышим упреки со стороны профессионалов в адрес программ архитектурного образования, которое не торопится стать драйвером для BIM. Хотя услуги BIM-консалтинга и коммерческого обучения Revit или ARCHICAD неплохо продаются и в России, отечественные архитектурные вузы, за исключением ориентированных на инженерию МГСУ или Сибстрин, также не проявляют заметной активности.

МАРШ: творческий взгляд на BIM-проект

В МАРШ мы попытались творчески переосмыслить проблематику проектирования и совместной работы на базе BIM-прототипа[3]. Студенты примеряли роли конструкторов, архитекторов и специалистов по фасадам, разрабатывая проектное решение в BIM-пространстве. Для этого сценария мы использовали Autodesk Revit, где декларируется практически бесшовная интеграция дисциплин на одной платформе. Тема междисциплинарного взаимодействия является распространенным приемом в образовательных программах за границей. Мы сфокусировались на этом приеме и получили в результате не красивые проекты, а матрицы изображений, фиксировавшие сложности коммуникации, историю возникновения проекта, его внутренние зависимости. 
Рис. 1
Например, архитектор создал помещения и определяет их функцию. Она сразу же влияет на нормативную нагрузку, что важно для конструктора. Вес фасада необходимо учесть при сборе нагрузок, а степень светопропускания фасада, которую проверяет специалист по фасаду расчетами освещенности, определяется функцией. Тут и конфликты дисциплин, и разный ритм работы – все то, что присуще интегрированному проектированию. Но такое взаимодействие можно изучать при помощи любых других медиа. А вот сама форма репрезентации в виде подробной, педантично выполненной трехмерной модели не дает для студента необходимого уровня серотонина по причине сходства с эдаким неповоротливым «телефонным справочником». Даже если это очень ценный 3D-справочник для профессионала: главного инженера проекта, строителя, службы заказчика или эксплуатирующей организации. У нас не было выхода на производство, мы не делали интерактивную модель на игровом движке, и силы тратились на невеселое, рутинное моделирование и настройку представлений модели, что характерно для реальной практики. Творческий процесс был несколько придавлен BIM – ведь для молодого архитектора очень важен сам образ, идеальная модель, а не подробная спецификация!
Некоторые специалисты считают, что во время учебной программы необходимо выдавать студентам уже готовые модели зданий и учить их манипулировать данными, что очень похоже на геоинформационные системы). Представьте, если студент будет критически оценивать BIM-проект и выступит в роли въедливой службы техзаказчика! Здоровый цинизм в отношении BIM-проектов сейчас очень пригодится. В этом контексте летний BIM-интенсив в МАРШ отталкивался именно от идеи извлечения практической ценности из полученной информации, а не ремесленного моделирования.
Вместе с проблематикой виртуального макетирования и взаимодействия участников проекта проступает феномен архитектурного чертежа – сложной системы символов, которая является главной иллюстрацией образовательных результатов множества программ архитектурного бакалавриата. Для архитектора-практика, владеющего BIM[4], чертеж вторичен. «Смерть чертежа» или же его новую жизнь нам придется обсуждать отдельно.

МАрхИ: картина невидимого

В МАрхИ передо мной стояла совершенно иная задача. В рамках исследовательского проекта «Точка Зрения» мы работали с существующим организмом зданий института, который соединяет в пространстве и времени учебное заведение и объект культурного наследия, напоминающий сказочный замок. Оптимизацию использования аудиторного фонда при помощи BIM не выполнишь, а вот наглядно представить пространственно-временные процессы нам удалось. Туманная цель построения «картины невидимого» была очень заманчива. Спустя месяцы трудоемкого моделирования в Revit мы ощутили тупик, так как BIM-инструменты не совсем предназначены для создания детальных моделей исторических, построенных в разные периоды зданий, и с трудом отражают временные процессы. 
Рис.2

Через два года на базе геоинформационной системы ArcGIS Pro мы сделали упрощенную интерактивную визуализацию регулярных занятий в течение двухнедельного цикла[5] – благодаря более гибкому, чем в BIM, подходу к управлению данными. 
Рис. 3
В то же время в наших глазах приобретали все большую значимость датчики, RFID-метки, подобные тем, которые используются в метро в качестве проездных, средства какой-либо связи с реальностью и с пользователем. Здесь я ощутил выход на качественно иной уровень, уровень «цифровой экономики», инфраструктуры, которая живет вместе с обществом. Мы попробовали создать своего рода Social BIM. В случае BIM-проектов пока что мы создаем многословные справочники вместо интерактивных систем – ведь до сих пор нет устойчивых практик использования BIM в эксплуатации.

В поисках ориентиров

Опыт исследовательского проекта в МАрхИ подталкивает не только к поиску статичных «картин невидимого», но и к выходу в физическую реальность с «живым» пространством и временем. Пример МАРШ показывает образовательный потенциал процесса управления общими проектными BIM-данными по сравнению с банальным созданием проектной 3D-модели. И в том, и другом примере критически оценивается влияние чересчур педантичных BIM-технологий на становление будущего архитектора и осуществляется попытка соотнести BIM и творческое видение, которое должно быть направлено на решение непростых, трудно формулируемых задач.
Возвращаясь к теме нейросетей и человеческого воображения, вспомним скорость ручного рисунка и его возможность заключить в одной линии множество смыслов, сочетать абстрактное и имитирующее. Мы сами представляем нейросети, естественные и крайне сложные – поэтому логично «обучать» себя, прояснять ценность ручных навыков, культивировать мыслительные способности, а не только искать ответы в экране монитора. Быть может, именно в «мыслящей руке» Палласмаа кроется рывок в проектных технологиях, и станет ясно, чем должен владеть архитектор нового, цифрового поколения. Помимо BIM, конечно.

Рис. 1. Проект группы №1. Е. Жданова, Н. Пирогова, Я. Казлаускас, Д. Татаркина, П.Ф. Сонне-Фредриксон. МАРШ, 2016
Рис. 2. 3D вид и табличное представление событий-занятий
Рис. 3. Количество событий в помещениях за 2 недели

Текст опубликован с небольшими изменениями (включая ошибочно поставленную картинку) в ПР-82, с.224-226


[1] Воейков Д. Путин объявил переход России на «цифровую экономику»
[2] Hamid Abdirad, Carrie S. Dossick (2016). BIM curriculum design in architecture, engineering, and construction education: a systematic review. Journal of Information Technology in Construction (ITcon), Vol. 21, pg. 250-271, http://www.itcon.org/2016/17
[3] Подробнее см. пост в блоге Евгения Шириняна «Результаты BIM-семестра в МАРШ: как мы играли в проектирование» http://prosapr.blogspot.ru/2016/10/bim.html
[4] Ambrose, Michael A. Agent Provocateur - BIM In the Academic Design Studio // International Journal of Architectural Computing 10(1):53-66 · March 2012
[5] Как мы презентовали свои наработки по "Цифровому МАРХИ" http://prosapr.blogspot.ru/2016/11/blog-post_22.html 

No comments:

Post a Comment